Борис Целуйко: Почетный гражданин, десантник и пасечник

Опубликовано moderator - Jul 21

В октябре у него большая дата, исполняется 80. Хотя сам будущий юбиляр гнета лет не чувствует и не дает грузу времени себя согнуть. Как говорится, положение обязывает — он фигура в городе известная. Б. Целуйко — из «динозавров» советских времен, символов Константиновки и многих ее граждан — родился на подъеме промышленности, а свою «осень» проживает, наблюдая ее упадок.

Назовешь имя Бориса Тимофеевича Целуйко, — и обязательно найдется человек, который знаком с ним лично, кому он помог, кто просто о нем наслышан. Завод утяжелителей, где он директорствовал почти три десятилетия, до сих пор славен по всему бывшему Союзу, куда он поставлял продукцию для нефтяных буровых. Гремел в свое время и неформальный «исполком» — совет директоров предприятий, который он возглавлял тринадцать лет. С таким определением Борис Тимофеевич согласен, сделано было немало, предприятия тогда из собственных средств решали многие социальные вопросы по жилью, по строительству той же городской инфраструктуры — и ГРП строили, и телефонизации районов города помогали. Так что фамилия Целуйко для многих — синоним высокого профессионала и толкового администратора. Впрочем, времена активной общественной и профессиональной деятельности для него позади. Он не торопился в отставку, продлил свою трудовую биографию на десять лишних лет. Но выйти на пенсию в 2000 году все‑таки пришлось — здоровье подкачало.

Впрочем, этот шаг уходом «на покой» для него так и не стал, его день и сегодня заполнен под завязку физическим трудом, заботами, чтением, размышлениями. При встрече с Борисом Тимофеевичем выяснилось, что сложившийся привычный образ крепкого хозяйственника — довольно беден, и воспоминаниями только о директорском прошлом не исчерпывается.

Сам герой за славой не гоняется, слово «публичность» произносит с легким пренебрежением. Как подобает настоящему инженеру, с куда большим увлечением объясняет, что за штука такая — утяжелители и для чего нужны. Интересу к своей персоне удивляется: «Я уже не публичный человек, а то, что меня помнят, так я же тут родился, на двух заводах работал, да и секретарем горкома партии был три года».

Хотя он вышел из компартии вскоре после того, как ее запретили в 1991 году, но партийным прошлым, как большинство людей старшего поколения, гордится и красный флаг на майские на даче вывешивает. «Мой день рождения — день рождения комсомола, 29 октября 1930 года, хотя моя мама комсомолкой не была, — рассказывает Борис Тимофеевич. — Родительский дом стоял на Берестовом, он тогда хутором назывался. Помню день входа немцев, как прошли они, как хозяева, как расстреляли нашего пленного. Помню освобождение в 1943 году, как наши наступали, а мы бегали гранаты искали. Много тогда мальчишек погибло».

Тридцать лет в кресле директора конторским человеком Бориса Тимофеевича так и не сделали — задел с юности оказался очень крепок, ведь служил он не где‑нибудь, а в воздушно‑десантных войсках. «Это был конец сороковых годов, в армию шли охотно, хотя служили тогда по 3‑5 лет. Тогда парней из Донбасса очень ценили — образовательный уровень был высок». От того армейского багажа осталось 18 прыжков с парашютом. Прыгал Борис и с аэростата, и с самолета, мог бы и побольше, потом жалел, что ни разу не дали прыгнуть с ручным раскрытием.

Во всем, что когда‑либо делал Борис Целуйко, видна его основательность, внимание к деталям, желание дойти до сути. Он ничего не бросает на полпути. Взять хотя бы фотографию. Она — первейшее и главное увлечение на всю жизнь. Он и в армию взял свой фотоаппарат, был фотокором в армейской многотиражке. Ухитрился не забросить это дело даже в бытность директором, да и сейчас стремится запечатлеть на пленке все важные события. Накопил за шестьдесят лет хобби три десятка альбомов. Тысячи снимков на полках, как у других любителей, не пылятся, а систематизированы по темам, датам, лицам, получился полноценный домашний фото-архив.

Автотехникой Борис Целуйко тоже «болеет» всю жизнь — с тринадцати лет раскатывал на немецком мотоцикле. А когда повзрослел, купил первую машину. «В 1953 году «Москвич 401» в собственности парня, только пришедшего из армии, — был большая редкость, так что я был жених с машиной, — смеется Борис Тимофеевич. — Я, можно сказать, «женился» на этой машине. Как купил? Я тогда работал зам. начальника свинцового производства в «Укрцинке», мы получали очень большие деньги. Потом, конечно, были и другие машины. Но эта была самая любимая».

С некоторых пор у Бориса Тимофеевича объявилась новая «фишка» — увлекся генеалогией. По его мнению, хобби «недавнее» — занимается им всего‑то лет семь.

«Хочу не только оставить свой след, но и чтобы дети и внуки знали историю нашего рода, — объясняет Борис Тимофеевич. — К началу поисков побудила попавшаяся как‑то газетная статья, где была родословная Путина вплоть до 16‑го века. Вот и я себе поставил такую же задачу-максимум. Конечно, его рекорда мне не достичь, но было очень интересно. Начал с того, что расспросил маму. Она, несмотря на почти столетний возраст, сохранила исключительную память». За дело Борис Тимофеевич взялся с дотошностью настоящего технаря: нашел документы, составил схему генеалогического древа рода Целуйко. Вернул в историю семьи пять колен своих предков, а самого раннего, Дмитрия, проследил до 1850 года. Дело увлекло так, что домашний исследователь годами расспрашивал, подбирал все, что находил у родственников. Все это оформлено как настоящий семейный документ, с фото, датами, степенью родства, в общем, потомки не запутаются. «Когда семья собирается, я всегда рассказываю детям о нашем роде, — объясняет Борис Целуйко — Ездил в прошлом году в Гадяч, на Полтавщину, нашел троюродных брата и сестру. На семейном совете уже назначили «летописца», который будет это дело продолжать».

В летнюю пору в городе Бориса Тимофеевича застать трудно, живет на природе, в Яблоновке, где у него добротный двухэтажный, но отнюдь не «директорский», домик. «Рабочие мои, когда строили, удивлялись, — мол, что это вы, Борис Тимофеевич, такой скромненький строите? А мне хватит, десять коек помещается, — значит, все домашние могут на ночь остаться, летом мы здесь все мероприятия проводим. На огороде дети хозяйничают, в общем, настоящая дача».

Главная забота самого хозяина — пасека, он пчеловод в третьем поколении и своих крылатых подопечных уважает: «Пчела не может без работы». Он и сам не может без движения и нагрузки, каждый день проходит пешком несколько километров. Одно огорчает: мало «пастбищ» для пчел, нет общественного животноводства, так что лучшие медоносы — кормовые растения — почти не сеют, больше подсолнечника. И все же первый майский мед этого года у Бориса Тимофеевича выдался правильный — как положено из акации и эспарцета, луг все‑таки отыскался. Продегустировать его хозяин предложил по старинному рецепту — вприкуску с малосольным огурцом. Оказывается, это вкусно.

В. Гейзер.

Comments

Борис Тимофеевич, настоящий человек! Из тех, кого называли одно время "красными директорами".

"Красные" - "не красные", но тогда, для того, чтобы не болела голова у секретаря горкома, ставили у руля именно людей, болеющих и знающих предприятия.

Иначе было сложно: секретарь горкома в городе был "царь и бог", но получал по полной, за проблемы предприятий. Умный секретарь подбирал команду, которая уменьшая его "головную боль", делала план на предприятиях и развивая производство способствовала развитию города!

 

Мне, салаге, довелось общаться с Целуйко и Пушкаревым. Я их, как ДИРЕКТОРОВ-СПЕЦОВ, уважаю. (С Маякиным не успел, хотя и стоило бы). Их взаимоотношения могли быть сложными, но они всегда умудрялись находить разумный компрмис. Сплетни отброшу в сторону (разное болтают), но слушать "ПРОФЕССИОНАЛА-ИНЖЕНЕРА-УПРАВЛЕНЦА" в одном лице всегда приятно, согласен ты с ним в тактике или нет.

 

Долгих лет жизни и крепкого здоровья Вам, Борис Тимофеевич!

P.S. Спасибо, что научили, как правильно обрезать виноград;)))